Середина 80-х и начало 90-х в Коврове — это время, когда идеология еще дышала, но полки магазинов уже были мертвы. Мама-учитель и папа-мастер на КЭМЗ (Ковровский электромеханический завод) делали невозможное, чтобы мы не чувствовали нищеты.
Пионерия на морозе
В третьем классе нас повезли в Москву — «причащаться» в Музее Ленина. в пионеры приниматься. Всем классом. Поездка не задалась с самого начала. На полпути у встречного грузовика сорвалась незакрепленная цепь и разнесла два окна в нашем автобусе. На улице — лютый мороз. Как-то натянули одеяла байковые на окна. Так мы ехали до Владимира, кутаясь в одеяла, а там два часа «танцевали» на морозе, пока стекла не заменили.
В Мавзолей стояла гигантская очередь. Мороз пробирал до костей.
Нас 2 раза смотреть на Ленина водили. До галстука и после.
Ира Харченко, моя одноклассница, от волнения рухнула в обморок прямо в тот момент, когда нам повязывали галстук. А мы с парнями играли в «кто сколько иномарок насчитает». В Коврове тогда их не было вообще. Ну или одна. Не помню, когда первый Мерседес появился.
Но самое яркое воспоминание — не Красная площадь, а универмаг Московский.
После всех пионерских мероприятий всех повезли в Универмаг.
Ну а детворе (а это 3 класс) родители надавали денег.
Не на конфеты.
Мама тогда со мной ездила в сопровождении нашего класса.
Мы с мамой накупили столько сливочного масла и банок китайского колбасного фарша «Великая стена», что это казалось сокровищем покруче тех, что я искал в церкви.
Хватило на долго.
Последние герои империи
Я всегда был «в телевизоре»: народные танцы в ДК им. Ногина, роль «Нового года» на всех городских елках. В школе я возглавлял пионерский отряд. Помню, как на 9 мая мы с Катей Веденяпиной стояли в почетном карауле. Рука салют отдает, а стоять пять часов на ногах.
— Кать, может, руки опустим? — прошептал я через час.
— А я уже… — ответила она.
Мы стояли в центре города, изображая верность идеалам, которые уже рассыпались в пыль. Это был последний год пионерской организации. Мы уже не верили в партию, мы верили в себя и во что-то новое.
Лагерь, водопад, Киев
В июне 1991 года родители отправили меня в пионерский лагерь «Искатель», чтобы я немного отдохнул от них, а они — от меня. Но с лагерем у меня не заладилось: через три дня я дал дёру домой. Дома, конечно, поругались, но это оказалось удачей. Моя тётя работала бухгалтером на Ковровском мясокомбинате, и ей подали путёвки в Петрозаводск, а она предложила маме. Мама согласилась, купила билеты — и вот началось настоящее приключение.
Поезд до Петрозаводска ехал долго, но виды за окном — леса, горы, реки — уже захватывали дух. Там мы ездили на экскурсии автобусами: водопад Кивач, густые леса, таинственные тропинки — впечатлений было море.
Именно тогда я впервые почувствовал магию видеосалонов: наше общежитие стояло рядом с видеосалоном, и родители послали нас, детей, на кино. Фильм оказался жёсткой историей про каннибалов — голые мужчины и женщины, ужас и адреналин, а родители даже не представляли, что их дети увидят. Впоследствии они пошли на свой девятичасовой сеанс комедии и вернулись недовольные, а у нас оставались яркие впечатления.
После Петрозаводска я впервые оказался в Киеве. Отец сказал: «Давай съездим, у меня отпуск», и буквально через пару дней мы уже отправлялись в путь, телеграмму отправили родственникам, что приедем. Киев поразил меня сразу: широкие улицы, зелёный Крещатик, большие магазины, полки с едой — колбасы, сыры, сладости — всё, чего в Коврове не было. Тетя Наташа, готовила невероятно вкусно: вареники, сметанник, блюда, которые я до сих пор помню и люблю.
Мы с отцом гуляли по Крещатику, посещали Киев-Печерскую лавру, ездили на экскурсии по Киеву и Киевскому морю. Девочки — мама и сестра — исследовали рынки, покупали одежду. В последний день мы даже купались в реке Десенка, несмотря на предупреждения мамы о Чернобыле. Возвращение домой было поздним: доехать до 11 часов метро, вернулись лишь к десяти вечера.
17 августа 1991 года мы вернулись в Ковров. И всего через два дня — 19 августа — развалился СССР.
Это лето осталось в памяти как эпохальное приключение, которое показало мне, что мир за пределами родного города огромен, красочен и полон открытий.
